У гендиректора "Серпа и молота" не было конфликтов с прокуратурой?

Показательны формы, в каких проходила «зачистка» предприятия, расположенного, заметим, в выгодном месте, на дорогой земле, - в самом центре города, неподалёку от детского парка, в нескольких метрах от железнодорожного вокзала, вблизи ведущих транспортных развязок. Под новый 2008 год завод превратился в арену для разыгрывания странного боевика. 25 декабря 6 сотрудников милиции в 17.00 в сопровождении автоматчиков ворвались на территорию завода для обыска по факту якобы незаконного приобретения акций Максимовым и его ближайшими коллегами.

Затем, уже в течение месяца, беспрерывный обыск шёл уже по всему заводу. На несколько дней в заводоуправлении непонятно зачем были изъяты все компьютеры, из-за чего работа промышленного объекта оказалась практически парализованной. Накануне Рождества, о чём было указано в статье, 6.01.08., нагрянули с обыском уже не в служебные кабинеты, а на квартиры гендиректора Максимова и его зама Швецова. Через день, 8 января с. г., – к начальнику отдела кадров Ревигину. Несложно сделать вывод из этой цепочки - подобного рода проверки не несут в себе никакой иной нагрузки, кроме как психологически сломить директорат завода.

Как раз в тот период (конец 2007 – начало 2008гг.), синхронно с натиском людей в погонах, развернулась и массированная скупка акций у рядовых держателей. К концу рабочей смены всякий раз к проходной подъезжала кавалькада шикарных автомобилей, в них увозили рабочих и сотрудников ИТР в посёлок Агафоновка, где компактно располагаются жилые дома «Серпа и молота». Там в основном и происходили сделки.

Почему правоохранительные и фискальные структуры, - а именно ГУВД со своим подразделением УБЭП, а также налоговая инспекция, - столь рьяно «шерстили» предприятие среднего машиностроения, исправно приносящее доход в областную казну и поставляющее комплектующие во многие заводы автопрома России и СНГ, - вопрос, на который отчасти отвечает статистика, приведённая в статье. Правоохранители вряд ли этим занимались, если бы им так или иначе не было это выгодно. Почти одновременно с «Серпом и молотом» было искусственно обанкрочено и захвачено в итоге под рынки и стоянки 7 крупных предприятий. Среди них - такие, как «Микрошлиф», «Авиационный завод», институт «Проммаш», завод имени Орджоникидзе (частично), завод строительных машин. Неоднократные обращения в областное министерство промышленности, Союз товаропроизводителей и лично к губернатору Ипатову с призывами хоть как-то вмешаться в ситуацию показали полное равнодушие областной власти к тому, чтобы реально влиять на промышленную политику в регионе. Словно задумывается и осуществляется она людьми, не имеющими к промышленности ни малейшего отношения.

В то же время в статье содержится цитата из высказывания Алексея Максимова (напечатанного также в журнале «Волга-Бизнес», 10-11, 2006). Из цитаты вытекает, что у него не было прямых конфликтов с прокуратурой, - по крайней мере, такого масштаба, чтобы они могли мотивировать организацию им убийства главы надзорного органа Саратовской области. Алексей Максимов в статье ссылался на привлечение силами ГУВД некоего ЗАО «Аудиторский дом» в качестве очередного ревизора. При этом Максимов акцентировал на том, что «прокуратура области по итогам данной ревизии в возбуждении уголовного дела в отношении ОАО «Серп и молот» отказала».

В ходе судебного заседания вдова Е.Григорьева интересовалась у журналиста, почему именно он и представляемое им издание подготовили эту статью, - имея, видимо, в виду, что большинство саратовских СМИ выступало в ту пору явно не на стороне Максимова. Голяков ответил, что он получил задание от редактора, более того, не считает свой материал «заказным», а всего лишь констатирующим факты неприкрытого давления на завод.

На заседании стало известно, что адвокат Андроник Абаджян отсутствует, так как находится в зарубежной командировке. Таким образом, у одного из подсудимых Букенбая Казиева, судя по всему, будет новый защитник. Не было 23.08.10 на слушании и гособвинителя Сергея Котова.

Допрашивался двоюродный брат Казиева, работающий снабженцем в фермерском хозяйстве. Свои показания дала и бывший прокурор Валентина Замятина, которая в период нескончаемых проверок выполняла функции по надзору за уголовными делами, заводившимися в связи с мошенничеством с акциями завода, что инкриминировалось Максимову.

Всего намечено опросить более 100 свидетелей.